Много о чем подумал он, но главное — о том, что сегодня наши победили. На этом маленьком клочке, в этой крошечной, богом забытой деревеньке одержали важную победу, и он, Санька был частью этой победы. И она стала таскать их — одного за другим. Тоненькая словно тростинка, казавшаяся нереальной, полупрозрачной в этом дыму и свисте пуль. Уж не привиделся ли им этот ангел милосердия в горячке боя?.. В тот день она спасла двенадцать жизней. Но Ангелина не считала это подвигом. Это была её работа.

Это было ужасно давно. Русые волосы на полу в парикмахерской, вместо анорака — ежик, вместо узких джинсов - камуфляж. В рюкзаке - лекарства, стельки, термобелье. В стаканчике в ванной - только одна зубная щетка. Уходя, он целовал ее в припухшие веки. Сердце будто вырвали. Но Андрей знал, зачем он туда идет, и за что будет воевать. И Аня узнала. Он делает то, что должен. Честно и добросовестно выполняет работу, которую дала ему Родина. И если Родина потребует больше — сделает все, что сможет. У него пока нет звания Героя, но он - один из тысяч героев, которые пошли по зову своей страны.

Она смотрит каждый выпуск новостей, но больше не боится. Почему? Потому, что верит. Потому, что надеется. И потому, что любит. Больше жизни любит того, кто набросил на её плечи эту рубашку. Надеется, что их разлука не будет долгой - и теперь каждая сводка новостей говорит ей об этом. Верит, что с ним ничего не случится. И знает, что он вернётся к ней - потому, что любит. Эта любовь хранит их в самых страшных испытаниях.

Петля за петлей, петля за петлей, пропустила — распусти, и опять, упорно, спокойно — петля за петлей. Иногда это помогает не сойти с ума. Если есть бабушка, должны быть спицы и клубок. Когда совсем становится невмоготу от ужаса, который делают люди с людьми, только привычные ритуалы помогают удержаться и осознать, что ты все еще живой — просто кто-то устроил этот ад на земле. Его мир — война. Война была, сколько он себя помнит. В любой момент мог погибнуть кто-то из друзей, мог быть ранен кто-то из соседей. Были прилёты, горели дома. И всегда были фашисты.

Димке восемь лет, но он уже про всякое понимает. И про что понимает, тому учит свою сестру Катюшку и младшего друга. Он будет говорить долго. Про войну, про отцов, про то, что их матери работают с утра до утра, а кто-то — и в три смены.