— Расскажи нам, Кутх, самую волшебную сказку из всех! — попросил однажды Ваня, когда долгим зимним вечером они с Варей сидели под сухим деревом в Стране северных сказок.

— Про волшебство хочешь? — спросил Кутх и откашлялся, прочищая клюв. — Ну что ж, что может быть волшебнее сказки о шамане? Вы знаете, что шаманами у северных народов зовутся особые люди — те, что имеют связь с духами, могут обращаться к ним за помощью для лечения болезней и разного колдовства.

— Верно! Так что же шаман? — у Вани заблестели глаза.

— А был один шаман. Так у нганасанов сказывают. Молодой был да сильный — каких ни до него, ни после него не рождалось. Благоволили духи к нему, и всякое колдовство было ему ведомо, а только использовал шаман Пянтуку Лодаседо свою силу на добрые дела — людей лечил и зверей, заговаривал снасти, чтоб лучше пропитание добывать, стихию отводил от жилищ людских.

Долго ли, коротко ли, а захотел Пянтуку Лодаседо искать себе жену. Да не нашлось для него достойной невесты на земле, тогда стал искать он ее на небе. Искал-искал — до тех пор, пока не повстречал повелительницу всех птиц — Ворону. Да, Ворону. — С гордостью произнес Кутх. И продолжил:

— Жили Лодаседо и его супруга счастливо, однако стал шаман замечать, что печалится его жена. Стал он ее спрашивать, жена все отнекивалась, но потом рассказала, что соскучилась она по своей матери — ведь ни разу с тех пор, как замуж за Лодаседо вышла, домой не возвращалась, а мать ее даже и не знает, где дочь да что с нею.

Лодаседо тут же отправился вместе с женой в Верхний мир, знакомиться с ее матушкой. Владыка птиц Тэмине, теща Лодаседо обрадовалась дочери, а мужа ее захотела испытать — шутка ли, дочь за шамана вышла.

Вот велела она Лодаседо вырезать из кости поделку — чтобы фигурой и лицом ее саму напоминала. Да только Тэмине всегда черное покрывало носила, и даже ее дочери не видели мать без покрывала. Оборотился Лодаседо юрким леммингом, проник в покои тещи, но и там она покрывала не снимала. Тогда скользнул он ей под покрывало, а Тэмине щекотно стало, стала она с себя одежду сбрасывать, чтобы найти, что ей покоя не дает. Так Лодаседо узнал, что у Владыки птиц тело человеческой женщины, а голова птицы. Изготовил он статуэтку и подарил.

А теща ему второе испытание приготовила — удочку дала и рыбу ловить послала. Пришел Лодаседо к небесной реке, выловил там огромных рыб: как их принести? Сделал он их маленькими, принес в пригоршне. Сердится теща:

— Совсем ты меня не уважаешь! Принес такую мелочь, и на один укус не хватит!

Тогда Лодаседо подбросил рыб, хлопнул в ладоши, и стали они большими, какими были. Поразилась Тэмине искусству шамана. И третье, последнее испытание ему дает:

— Вот тебе корзина. — говорит. — Принеси в ней воды.

Пошел снова Лодаседо к реке. А как в корзину воды наберешь? Вода утекает. Призвал шаман к себе всех рыб да велел осетрового клея достать. Принесли рыбы клей, замазал Лодаседо щели в корзине и отнес теще воды.

— Да, теперь я вижу, что ты — Великий Шаман. — признала теща. А сама же испугалась силы Лодаседо и решила его убить, когда он спать ляжет. Позвала Тэмине своих сыновей, дала им наказ, а сама все двери в своем Солнечном дворце заперла, чтобы не выбрался шаман оттуда. А только Лодаседо обо всем догадался. Оборотил он себя и жену в малых комаров, когда почивать они пошли.

— Зачем это? — спрашивает жена.

А Лодаседо ей и отвечает:

— Подожди, сама увидишь.

Только сказал, как отворилась дверь их покоев и вошли сыновья Владыки птиц с оружием. Поняла всё Ворона и навсегда захотела покинуть матушкин дом. Вылетели они с Лодаседо через крошечную щелочку и вернулись на землю, с той поры больше никуда из родной деревни Лодаседо не уходили, а всю жизнь помогали зверям, людям и птицам.